Крошечка-Хаврошечка

Жила-была на свете сиротка, и звали её ласково — Крошечка-Хаврошечка. Осталась она без батюшки, без матушки и попала в чужой дом, к злой мачехе. А у мачехи росли три дочери: Одноглазка, Двуглазка да Триглазка. Целыми днями они сидели у окошка, а всю работу взваливали на бедную сиротку.

Много доставалось маленькой Хаврошечке: и прясть на неё, и ткать, и за всеми прибирать. А ласкового слова она и не слыхивала. Одно было у неё во всём свете утешение — пёстрая коровушка. Обнимет, бывало, Хаврошечка её за шею, поплачет потихоньку — и легче станет на сердце.

Поведёт Хаврошечка коровушку в зелёное поле и пожалуется ей: «Коровушка-матушка, велят мне за день и напрясть, и наткать, и холсты выбелить, а где же мне всё успеть?» А коровушка ей человеческим голосом: «Не горюй, девонька. Влезь мне в одно ушко, а в другое вылезь — всё и будет готово». Влезла Хаврошечка в одно ушко, в другое вылезла — глядь, а холсты уже сотканы да выбелены.

Дивится мачеха: откуда у сиротки холсты белые, что снег? Послала она доглядеть Одноглазку. А Хаврошечка ей напевает: «Спи, глазок, спи, глазок» — и проспала Одноглазка всё чудо. Послала мачеха Двуглазку — и той Хаврошечка спела: «Спи, глазок, спи, другой». А как пошла Триглазка, забыла Хаврошечка про третий глазок: два уснули, а третий всё подсмотрел да мачехе рассказал.

Закручинилась мачеха, позавидовала чужому счастью. А коровушка к тому времени совсем состарилась, притомилась. Подозвала она Хаврошечку и молвит ласково: «Пришла мне пора с тобою прощаться, девонька. Не плачь обо мне: я оставлю тебе свой дар, и он сбережёт тебя лучше всякой работы».

Обняла Хаврошечка коровушку в последний раз — и на том месте поднялась из земли яблонька. Да какая! Листья серебряные, веточки золотые, а на ветвях наливные яблочки — каждое как солнышко. Подойдут мачехины дочери яблочка сорвать — а веточки кверху поднимаются. А к Хаврошечке яблонька сама ветви клонит, сама яблочки в ладошки роняет.

Ехал как-то мимо сада добрый молодец — пригожий да статный. Увидел он чудо-яблоньку и говорит: «Кто поднесёт мне наливное яблочко, тому я низко поклонюсь». Кинулись мачехины дочери, да яблонька подняла ветви высоко-высоко. А подошла тихонько Хаврошечка — и яблонька склонилась, и легло ей в ладони румяное яблоко. Поднесла она его молодцу, и пришлась ему по сердцу добрая девушка.

Посватался молодец к Хаврошечке, и поехала она с ним в его светлый дом — хозяюшкой да женою. А мачеха с дочерьми осталась при пустом саду, ни с чем, — да никто на них зла не держал. Зажила Хаврошечка в любви да в заботе, и впервые не нужно ей было плакать. А как пришёл тихий вечер, засветились над домом звёзды, и всё затихло. Прижалась Хаврошечка щекою к подушке, вспомнила добрую свою коровушку — и уснула счастливым, сладким сном.